Пой до дна

Недавнее исследование компании СиДиКом показало, что около 80% российских граждан хоть раз в жизни "пели караоке". Остальные не поют "по принципиальным соображениям", но на них и не рассчитан бизнес московских караоке-клубов, в которых полно желающих спеть чужую песню как свою.

Фабрика звезд

Пять лет назад Лера из Нового Уренгоя, сочинявшая стихи и музыку, буквально не вылезала из московских караоке-клубов. В одном из таких клубов девушку с пронзительным голосом заметил Игорь Марков, продюсер и совладелец Zeko Records. Они познакомились, и после двухлетней работы в студии появился первый диск Леры, широко известной сегодня под псевдоним "Массква".

Подавляющее большинство тех, кто ходит по столичным караоке-клубам, о всероссийской славе не мечтают. Им нравится процесс: почувствовать себя звездой хоть на пять минут, заслужить аплодисменты друзей — им этого вполне достаточно, чтобы считать вечер удачным. К их услугам в столице около 60 специализированных караоке-клубов, открытых за последние десять лет. Самые известные — "Арт-караоке клуб в "Олимпийском"", "Караоке-бум", "Джельсомино", "Voice", "Ки-Ка-Ку".

Гости караоке-клубов не знают Андрея Ли, а он не поет, ему даже не нравится такой отдых. Но именно благодаря русскому корейцу Ли московские караоке-заведения и достигли более или менее профессионального уровня: 95% столичных клубов используют установленное компанией Ли Art-system оборудование.

"В начале 90-х я побывал в Корее у родственника и там столкнулся с настоящим караоке-бумом,— рассказывает Андрей.— В России тогда работали единичные установки Pioneer с лазерными дисками, вмещавшими шесть-семь песен. На моей исторической родине вовсю использовались установки с чипами и огромным выбором фонограмм. Мы ввезли в Россию несколько установок. А мой корейский родственник в 1995 году открыл первый московский караоке-бар "Ян-Пен" в подвале кинотеатра "Пушкинский".

"Ян-Пен" оборудовали строители и специалисты из Кореи, вложенные в клуб деньги "отбились" за полгода.

"Сейчас, конечно, в такую сумму не уложиться,— уверен Андрей Ли.— Соответственно и на окупаемость можно выйти только через пару лет".

С ним согласен Николай Сибряев, директор караоке-клуба "Крик": "Если открывать клуб сейчас, "отбить" его можно будет года за три, при современных столичных арендных ставках это трудно. В ресторанном бизнесе, например, если на аренду приходится более 40% издержек,— работать невыгодно".

Собственно, именно потому в Москве, как уверяют многие рестораторы, до трети заведений просто убыточны.

Плюсы из минуса

Караоке родилось в Японии. В переводе с японского "караоке" — "пустой оркестр". Согласно легенде, три десятилетия назад к японскому музыканту Дайсукэ Иноуэ обратились завсегдатаи одного токийского бара, которые попросили предоставить им записи его концерта, но только без слов, чтобы можно было бы просто петь под музыку. Почувствовав коммерческий потенциал идеи, Иноуэ придумал магнитофон, проигрывающий его собственные "минусовки" (музыку без слов), и начал сдавать его в аренду. Но только спустя десять лет в Токио массово стали открываться "нари-баны" — клубы с небольшими кабинками для пения. В Европе и России "кабинная" система не прижилась, сейчас в Москве только два караоке-заведения — с "этническим акцентом" — устроены таким образом. Русские хозяева предпочитают строить залы на 10-15 столиков — маленькие концертные площадки.

Андрей Ли утверждает, что кабинки использовать выгоднее: "За каждую кабинку взимается почасовая плата, из тех же стандартных 200 квадратных метров можно "нарезать" семь кабинок. А в большом зале гости хоть всю ночь могут сидеть, мусоля один коктейль в ожидании очереди на песню".

Невысокая рентабельность караоке-клубов объясняется именно долгим ожиданием очереди к микрофону, а еще тем, что еда и пение плохо совмещаются. В этом убедился известный ресторатор Аркадий Новиков, его караоке-клубу "Крик" в ночное время пришлось переходить на легкие закуски — суши и десерты.

"Каждая песня длится пять минут, у нас шестнадцать столов, каждый стол поет по одной песне, затем очередь переходит к другому столу,— рассказывает Николай Сибряев.— В результате время ожидания растягивается на час. Долго, конечно".

Во времена становления караоке-бизнеса в столице вечера в клубах нередко заканчивались серьезными потасовками — именно из-за очередей: клиенты иногда "вручную" выясняли, кто за кем стоит, а некоторые поступали проще — втихую совали взятку звукорежиссеру.

"Сейчас с этим строго, ведь зал просматривается со всех столиков, нарушения очередности просто никто не допустит. Если даже это произойдет, диджей будет сразу уволен",— уверяет Сибряев.

В некоторых клубах по этой же причине предлагают "крейзи-меню" (как, например, в "Олимпийском"), когда вполне официально, если клиент хочет исполнить песню вне очереди, надо заплатить несколько тысяч рублей. И раз-другой в неделю эту услугу заказывают.

Песенный отрыв

"Плох тот караошник, который не мечтает открыть собственный клуб и не попытается устранить недостатки, присущие клубам, где он сам побывал",— говорит Алексей Шамаев владелец караоке-клуба в Якутске, открывший год назад в Москве ставший уже популярным клуб "Дуэты".

Михаил Гинзбург, директор "Арт-клуба в "Олимпийском"", с ним согласен: "Все нынешние клубовладельцы прошли через мой клуб как гости".

Как и многие его коллеги, Алексей Шамаев пришел в клубный бизнес благодаря страсти к пению. Он большой поклонник певца Трофима, которого мечтает пригласить на юбилей "Дуэта". "Трофим идеально подходит для исполнения: отличные мелодии, есть смысл, не нужен особенно высокий голос",— говорит Шамаев. Его основной бизнес — производство продуктов питания (полуфабрикатов). Год назад в ремонт и оборудование "Дуэта" он вложил больше млн.: говорит, одна звукоподготовка стен, поглощающих низкие частоты, чего стоила, ни у кого такой нет. И первым в Москве оборудовал специальные "распевочные" комнаты: чтобы гость смог выучить песню, так как первое исполнение даже у опытного караокера никогда не удается, песню нужно знать. "Караоке-клуб — почти театр, но актеры — сами гости,— говорит Шамаев.— Потому в нашем деле так важна атмосфера, именно "на атмосферу" приходят люди. Правда, некоторые этого не понимают".

Наверняка этого не понимают владельцы клубов, оборудующие залы бытовыми DVD с караоке, парой колонок, да проводным микрофоном. Когда пьяная компания, надрываясь, орет любимую песню, это, конечно, весело, но к профессиональному клубу, где основное условие — качество звука, не имеет отношения. В Москве, впрочем, подобных заведений почти не осталось (если не брать привокзальные бары), но вот в провинции почти все такие.

"Караоке — это не совсем молодежное развлечение, молодежь предпочитает танцульки. Наши клиенты танцы переросли — им за 25,— говорит Шамаев.— Но если они однажды пришли к нам, они наши навсегда". С этим соглашаются все владельцы клубов: "Караоке — как наркотик, просто так не отпустит". По мнению Шамаева, регулярно посещают караоке-клубы порядка 10-15% москвичей. Из них 5-10%, как уверяет Николай Сибряев,— настоящие фанатики, которые готовы буквально жить в клубах. Большой выручки они клубу не приносят (могут весь вечер обходиться одним чайником), но создают так необходимую любому месту атмосферу. Кстати, как уверяют знатоки, 5-10% людей могут петь вообще без подготовки — у них отличные вокальные данные и слух. Остальным требуется какое-то обучение — именно поэтому в клубе "Дуэт" работает преподаватель вокала, у которого можно взять урок пения.

Караоке-рынок, как считают владельцы клубов, еще далек от заполнения, даже в Москве охвачен по-настоящему только центр, а окраины — это "караоке-пустыня". Между тем оборот индустрии не так уж и мал. В 60 московских клубах входной билет стоит в среднем 800 рублей, проходимость — порядка 100 человек за вечер, добавим бар ("без бокала нет вокала", считают караокеры), умножающий выручку в три раза, плюс дополнительные услуги, например запись исполненной гостем песни на CD (в среднем — 1,5 тыс. рублей), итого выходит, что ежегодно москвичи оставляют в караоке-клубах около 15 млн. руб.

Три года назад в караоке (в клуб "Крик") вложился известный ресторатор Аркадий Новиков, а он всегда отлично улавливает тренды ресторанного бизнеса (раньше на месте "Крика" была пара итальянских ресторанов, но стать успешными они так и не смогли: посетители не захотели есть пасту в подвале).

"Караоке отсутствие окон вовсе не мешает",— уверяет Николай Сибряев, по словам которого, вложенные в 340 квадратных метров "Крика" порядка 500 тыс. руб.(точную цифру он так и не назвал), "отбились" менее чем за год. "Крику" удается пополнять казну, сдавая помещение под "корпоративы". А скоро Новый год, время "большой жатвы" для всех увеселительных заведений.

По словам Михаила Гинзбурга, "мы с самого начала решили развивать клуб на уровне небольшой концертной площадки, и осмелюсь утверждать, что наш клуб — один из лучших в Европе. Фактически мы сделали копию профессиональной сцены, недаром наш слоган гласит: "Ваш концерт — в "Олимпийском"!"".

Алексею Шамаеву до выхода на окупаемость пока далеко, но он уверяет, что "караоке нельзя заниматься исключительно ради бизнеса. Караоке — не ресторан и не клуб, а нечто среднее, и профессионалов в нашем деле почти нет, само дело очень молодое". Он считает, что "отбить" московскую аренду без дневного ресторана практически невозможно: в караоке "проходимость" стола в два раза ниже, чем в ресторане.

Поэтому днем клуб Шамаева работает как ресторан высокой кухни, а вечером — уже как собственно клуб. "Кому полностью удастся совместить дневной ресторан и ночной клуб, тому удастся и бизнес,— уверяет он.— Правда, в полной мере это не удалось еще никому".

Караоке-бизнес нельзя назвать суперприбыльным: клуб — товар штучный, сетевых проектов на рынке нет. "Если вы не любите караоке, нечего даже об этом бизнесе думать,— уверяет Шамаев,— можете разочароваться".

Таланты и поклонники

Поклонники караоке утверждают, что исполнительский уровень в большинстве московских клубов так высок, что не уступает профессиональной сцене: "Тут иногда такие звезды встречаются — им ничего не стоит профессионалов переплюнуть". Да и сами звезды захаживают в караоке-клубы, хотя, как говорят владельцы, никогда не исполняют своих песен. Жасмин часто видят в "Крике", Тарзана с женой — в "Дуэте".

Караоке-клубы предлагают своим посетителям широкую программу. Владельцы клубов уверяют в один голос: самый "хитовый" — Григорий Лепс, Трофим, затем идут Пугачева, Боярский, Аллегрова, советские хиты... В каталоге "Крика" больше 3 тыс. иностранных песен (что редкость для клубов, обычно западный ассортимент в них не превышает 400 позиций), и, как говорит Николай Сибряев, каждый второй гость заказывает западную "минусовку": Мадонну, Стинга, "битлов", а то даже голосистую Селин Дион. Из современной попсы — все, что на слуху, что днями и ночами крутится по радио и ТВ.

"Чтобы песня пелась в клубе, мелодия должна быть красивой, не очень сложной, трогательной, запоминающейся, со смыслом,— говорит Алексей Шамаев.— Советские композиторы как никто умели делать такие песни".

Впрочем, любовь народа к "классике" не мешает бизнесу Андрея Ли. Каталоги песен почти во всех клубах обновляются раз в два месяца (для этого достаточно вставить чип с новыми "минусовками" в аппарат, чем господин Ли и занимается), одна песня стоит владельцу заведения около 100 рублей. А "классика" — примерно 4,5 тыс. песен — уже давно "зашита" в сам аппарат.

Одна из главных проблем караоке-бизнеса — неопределенность с авторскими правами. Говорят, в свое время в клуб "Ян-Пен" даже наведывались Шульгин и Розенбаум, недовольные тем, что там без разрешения исполнялись их композиции. Некоторые владельцы клубов платят Российскому авторскому обществу (РАО), чтобы "спать спокойно" (например, "Крик" ежемесячно перечисляет в РАО 20 тыс. рублей), но большинство этого не делают. Как высказался один клубный деятель, "я не понимаю, куда идут эти деньги. Когда пойму — буду платить".

Песня с доставкой

Пару лет назад конкуренцию компании Андрея Ли решил составить Андрей Макаров, совладелец проекта "Karaoke-shop", совместно с китайскими партнерами разработавший аппарат "Karaoke-Pro". В свое время Макаров был менеджером в компании "Онтарио", ввозившей микрофоны для караоке — "Лидсингеры", но после появления дешевых DVD с функцией караоке продажи "караочных" микрофонов резко упали. Свою задачу "Лидсингеры" выполнили — внедрили идею караоке в массы: помните передачи "Караоке на Арбате" и "Два рояля", мальчиков и девочек, затягивающих трогательные мотивы в торговых центрах? "Лидсингеры", по сути, были главными героями тех рекламных акций. Съемка программ обходилась в 100 тыс. руб. ежемесячно, и в те времена они легко "отбивались". Мысль о продаже караоке-микрофонов до сих пор оставила Андрея Макарова, он уже начал выпуск новых караоке-микрофонов под собственной товарной маркой "MAC-SOUND". Их главное достоинство — возможность закачивать свои "минусовки", записывать исполнение песен, а также простота подключения микрофона к телевизору или музыкальной системе.

Своего клуба у Макарова нет, зато у него есть "Караоке-мобиль". Аренда машины, караоке-установки, звуковой аппаратуры, света и пары технических специалистов — 50 тыс. рублей за три часа, каждый последующий час — плюс еще 10 тыс. рублей. Услуга востребована.

"Конечно, основной спрос на "Караоке-мобиль" приходится на лето, когда шашлыки, корпоративы, гулянки, все на природе,— рассказывает Андрей Макаров.— Люди гораздо проще расстаются с деньгами не тогда, когда им поют, а когда они сами поют. Сейчас, конечно, идут заказы на Новый год, это если в каком-нибудь ресторане нет своей профессиональной караоке-установки". По расчетам Макарова, новогодние праздники позволят "отбить" проект — тот самый "Караоке-мобиль", в который было вложено 800 тыс. рублей.

ДМИТРИЙ ТИХОМИРОВ


© 2008-2018 karaoke-shop.ru
магазин караоке-систем


Статистика
  • Яндекс.Метрика
  • Рейтинг@Mail.ru
  • Читайте отзывы покупателей и оценивайте качество магазина на Яндекс.Маркете


      +7 (499) 322-23-44
      с 10.00 до 18.00 пн-пт